2005

А. Ю. Ильин, В. В. Сорокина



Эволюция и концептуальные элементы философии политики и права

П.И. Новгородцева.
Современные исследователи творчества Павла Ивановича Новгородцева (1866-1924) называют его главой московской школы философии права, теоретиком новой либерально-консервативной идеологии, продолжателем традиции по возрождению русской религиозно-нравственной философии права, первым исследователем марксизма в России.

Свою научную и публицистическую деятельность П.И. Новгородцев начал в эпоху господства позитивизма, исторического и социологических методов в общественных науках. Это было время, когда мысли о вечном и апелляция к религиозным истокам человеческой жизни, по меньшей мере, могли восприниматься как дурной тон, а в худшем как мракобесие, не имеющего ничего общего с наукой и господствующими идеями современности. Собственно и сама русская религиозная мысль на рубеже веков не отличалась особенным пиететом к проблемам политики и правового устроения жизни. В обществе торжествовала твердая установка на пренебрежение к праву и даже его отрицание как внешнего насилия и принуждения, с одной стороны, а с другой, в науке прочно утвердился позитивизм, со своим пренебрежением к абсолютным ценностям. П. И. Новгородцев же всем своим творчеством провозглашает необходимость поворота к политико-правовому идеализму. Он стремился повлиять на господствующие нигилистические настроения к политике и праву. Интересы мыслителя концентрировались на проблемах естественного права, которые позитивизм в лице исторического и социологического направлений упразднил как самостоятельное начало, сведя существо правовой нормы к историческим традициям или социальным связям, а в лице таких представителей русской правовой науки как Л.И. Петражицкий – к социально - психологическому явлению.

С позиций критического идеализма, получившего распространение в Европе, в частности, благодаря возрождению принципов кантовской философии, П.И.Новгородцев показал, что историзм лишь мнимым образом устраняет идею естественного и что он не в состоянии решить проблему природы нравственности, рассматривая ее с генетической и исторической точек зрения. Однако, следует заметить, находясь под определенным влиянием западноевропейской и особенно кантовской и гегелевской философии его идеи не были простым продолжением теорий 17-19 веков, в которых естественный закон и естественное право понималось как первоначальные нормы, закрепленные в результате общественного договора и образования государства. Естественное право П.И. Новгородцев истолковывал не в контексте исторической эволюции, а в качестве вечного неотъемлемого права человеческой личности, имеющего нравственную природу и характер абсолютной ценности и о праве, определяя его как совокупность моральных (нравственных) представлений (о должном). Как идеальное построение будущего и как нравственный критерий для оценки, существующей независимо от фактических условий правообразования. Как следствие, вопрос о естественном праве неизбежно приводит ученого к вопросу о самостоятельности этического начала. В своей работе “Лекции по истории философии права (1914) П.И. Новгородцев определяет сущность естественного права как своеобразный “этический критицизм”, т.е. естественному праву, писал он, характерно стремление оценивать факт существующего с этической точки зрения. Но именно в этом и состоит задача философии права. (5. С. 111.) Невозможность объяснения с позиций исторической и социологической причинности необходимости идеи долга и требования возвысится над несовершенной реальностью и критически оценить повседневность являются, по мысли ученого, непременным принципом нравственного сознания. Г.Ф. Флоренский в своей статье “Памяти П.И. Новгородцев” в 1929 году писал по этому поводу, что “Ложной абсолютизации летаргического факта Новгородцев противопоставил самоочевидную абсолютность нравственного сознания, безусловность категорического долженствования. Это не было отвлеченным морализмом. Нравственное сознание не строит воображаемого идеального мира и не ради этого мечтательного призрака судит существующий порядок. Проблема нравственного действия состоит в том, жизнь должна определяться вдохновением Добра и если этого нет, она подлежит суду и осуждению”(7.). Именно обращение к немецкой философии позволило П.И. Новгородцеву найти аргументы, при помощи которых он отстаивает независимость идеи должного от данных внешнего и внутреннего опытов. Разграничение того, что должно быть, оттого, что есть, стало основой для дуализации этических норм и теоретических суждений о действительности, т. е. нравственности и науки, как принадлежащих к совершенно различным областям человеческого духа и имеющих свои особые основания.

Утверждение этического идеализма в философии права П.И. Новгородцевым создавало новые возможности по освещению важнейших вопросов теории и практики юриспруденции. Свои взгляды на природу права ученый излагает в таких работах как “Нравственный идеализм в философии права”, “Государство и общество”, “Мораль и познание”, “Право и нравственность”, “Идея права в философии Вл. Соловьева” и многих других.

Так в статье “Право и нравственность”, вышедшей в свет в 1899 году П. И.  Новгородцев констатировал не сводимость права и нравственности друг к другу и устанавливал связь обоих начал на почве естественно- правовой идеи. Это и дало возможность и определило принципы нравственной критики позитивного права. Само естественное право он понимает как особую часть моральной философии, которая и задает масштаб нормативной оценке правотворчества. В 1902 году в работе “Нравственный идеализм в философии права” он дает систематический анализ идеи естественного права, в развитии идеи нравственности. Новое понимание явления и как закона личной жизни, как внутренней нравственности как абсолютной ценности, вводило право в границы моральных норм и позволяло отстаивать независимую критическую позицию по отношению к социальной жизни.

Первоначалом философии для ученого стала этически понятая идея естественного права. в контексте же юридической науки она истолковывалась как вопрос о будущем праве, которое представало результатом не только естественного развития, но и идеи долженствования и нравственного закона. Будущее право оказывалось идеальным правом, воплощением возвышенных стремлений морального сознания.

В работе “Государство и право” П. И. Новгородцев показал, что включение идеи естественного права в государственную науку потребует преобразований от юридической науки и практики того времени. Ибо на начало века основой права в официальной науке считалась государственная власть, в лице монарха и других субъектов государственной власти. Право можно было трактовать как право силы, в основе которой лежала “философия легального деспотизма”. Естественно, для П.И. Новгородцева, как ученого и патриота своей страны положение права, и всей науки как “служанки” для действующего законодательства, низведения права к обслуживанию текущих потребностей власти не могло устраивать. Поэтому он и утверждает о необходимости преобразований государственной науки. Существо их должно было заключаться в признании того факта, что “над государством стоят некоторые высшие нормы, которым он должно подчиняться, из которых оно черпает и свое оправдание, и свои руководящие начала. По отношению к этим нормам государство является лишь органом, а не творцом: оно так же мало создает субстанциональные основы права, как мало создает оно драгоценные металлы, из которых чеканит монету”(2., С.503.). По сути П. И. Новгородцев утверждает, что этическая норма, стоит над государством, следовательно, она не может быть продуктом сугубо его воли, а значит, не может быть декретирована властью. Она выступает как принцип естественного права, сдерживающий деятельность государства. Указание же пределов государственному властвованию, исходя из естественно- правовой конструкции государства, позволяет определить, полагает ученый, насколько в самой государственной жизни воплощаются нравственные принципы, составляющие дух и начало правопорядка. Подобный подход к праву был смелым шагом в науке того времени, для которой был характерен именно обслуживающий характер правовых концепций. Собственно, в основе господствующих теорий и направлений позитивистского толка лежала задача описательного характера с установкой на деперсонализацию человека. В силу этого на протяжении всей известной истории прошлое постоянно переписывается с точки зрения “последнего” победившего принципа и при этом задача сводилась, главным образом, к тому, чтобы предсказать победителя и духовно раствориться в нем, встать на сторону “передового”, модного, отрекаясь от прошлого как “отсталого”, реакционного. По сути, утверждая идею естественного права, П. И. Новгородцев противостоял не только господствующим течениям в современной ему науке, но и основному руслу русской философии начала века.

Центральным пунктом его учения стал принцип нравственной автономии человеческой личности, принцип безусловной значимости личности. П. И. Новгородцев, являясь продолжателем естественно- правовой традиции, вновь и вновь в своих работах ставит проблемы “свободы творчества” права, противоположности государства и личности, общего закона и индивидуальной свободы. При этом стремление отстоять самоценность свободы и автономию человека было доминирующим и определяющим все духовное творчество ученого.

Еще в 1902 г. в речи, произнесенной перед защитой докторской диссертации главный интерес, который определил направление моего последнего труда, П.И. Новгородцев говорил: “если бы я теперь захотел точнее определить тот то я должен сказать, что он заключается в исследовании вопроса о самостоятельном значении нравственного начала...Оно представляет собой разрыв с традициями исключительного историзма и социологизма и переход к системе нравственного идеализма... То, что мы предлагаем. ..,это вечные основы морального сознания и прежде всего – принцип личности и ее безусловного значения...”(5.,С.301,305,306.). По замечанию А.В. Соболева, одного из исследователей его творчества: “Личность для П.И. Новгородцева оказывается онтологическим центром, пучком световых лучей, с помощью которых только и можно высветить проблемы бытия и познания”(4.,С.5.).

По П. И. Новгородцеву, разумное начало личности есть автономное нравственное начало. Разум для него является единственным источником идеи должного, морального закона, который представляет собой факт чистого сознания, безусловно достоверен сам себе, независим от исторической необходимости. Интерпретируя этику Гегеля и особенно субъективную этику Канта, вместе с тем, показывая их слабые моменты в трактовке личности, П. И. Новгородцев раскрывает такие понятия как “свобода”, “правосознание”, а также стремится показать пути и способы преодоления кризиса современного правосознания и кризиса политических и правовых начал. Через личность он раскрывает свою убежденность вне возможности преобразований только посредством политических рационально–рассудочного выведения какого-либо общественного идеала. В работах о самобытных элементах русской правовой философии, опубликованных уже в последние годы жизни он, в частности, пишет: “Единственный, совершенный и истинный путь... - это свободное внутреннее обновление отдельного человека и внутреннее осознание общей ответственности людей и их взаимной солидарности...” и далее “свобода в государстве утверждается на почве законного порядка, охраняемого властью...” (5.). По сути П. И. Новгородцев ставит личность в связь с обществом как необходимым условием для ее нравственного развития. При этом сохраняя безусловную ценность рассмотрения действительности с точки зрения идеальной нормы. Собственно, эти и другие идеи ученого легли в основание школы русских философов права и получили свое развитие в работах единомышленников и учеников ученого. В частности, И. А. Ильина. Кроме И. А. Ильина непосредственными его учениками были Н. Н. Алексеев, В. А. Савальский, А. С. Ященко, Б. П. Вышеславцев. Многие его идеи плодотворно разрабатывались, в частности, С. Л. Франком, С. И. Гессеном и другими.

Особенно следует отметить в этом ряду Г. В. Флоровского, с благодарностью упоминавшего имя ученого в предисловии к своему труду “Пути русского богословия”: “Одно имя я должен здесь назвать, дорогое для меня имя покойного П. И.  Новгородцева, образ верности, никогда не умирающий в памяти моего сердца. Ему я обязан больше, чем сколько можно выразить словом”. И далее: “... все обаяние и красота образа П. И. Новгородцева в том и заключались, что в равной мере он видел и хотел видеть и горнее и дольнее, - возводил каждый житейский вопрос до высоты нравственно – философской проблемы и, обратно, развертывал метафизические идеи в систему практических постулатов и прикладных знаний. Так окрыленность духа животворяла житейское действие”.(8.) Ранее схожую характеристику своему учителю дал и И. А. Ильин. Он говорил, что П. И. Новгородцев привлекал своих слушателей не только эрудицией, дисциплиной мысли, но прежде всeгo своей личностью, устремленной к вечному источнику истины, добра и красоты. И. А. Ильин пишет в статье о своем учителе: “...говорил о главном, не о фактах, не о средствах, отвлеченно, но о живом; он говорил о целях жизни... Вокруг него, его трудов, докладов и лекций шла полемика, идейная борьба... Он обладал исключительным чутьем к теме. Интуитивно улавливая, как бы подслушивая внутренним слухом, где и как бьется сердце предмета, он отыскивал то умопостигаемое место, в котором завязан главный узел проблем...” (1. Т.l. С.22-24., 4., С.5.).

Если попытаться проследить основные вехи эволюции П. И. Новгородцева, то необходимо отметить определенную закономерность прихода ученого от формулирования метафизических основ понятий естественного права к религиозным основам его в духе русского православия, акцента на духовные принципы жизни общества и личности. Так первые работы его были посвящены вопросам философии права в ее исторической ретроспективе – это его магистерская диссертация “Историческая школа юристов, ее происхождение и судьба”/1897г./ (6.). В своем сочинении впервые П. И. Новгородцев выступает на защиту идеи “естественного права и которая обозначила то направление исследования философских проблем права, которым он придерживался всю жизнь. Сюда же следует отнести и работы “Кант и Гегель в их учении о праве и государстве” /1903/ и статьи “Нравственный идеализм в философии права” в сборнике “Проблемы идеализма”/1902/ и“Государство и право” /1903/,в которых было дано обоснование потребности в возрождении философии естественного права. Продолжением разработки идеи правового государства стали исследования в области современного правосознания, результатом которых явились работы, ставшие событием в духовной жизни русского общества и русской философии права. Это “Введение в философию права. Кризис современного правосознания”/1909/ (3.),где автор дал обзор кризисных тенденций при использовании идеалов и ценностей эпохи Просвещения в 19 - начале 20 в.в. и, в частности, идеалов правового государства. Вторая работа “Об общественном идеале”/1917/ (4.), в которой предметом критического анализа стали идеалы социализма и анархизма их генезисе и эволюции.

Один из русских эмигрантов Аничков Е.В. в статье “На грани” в 1923 году назвал книгу П. И. Новгородцева - “книгой спутницей”. Характеризуя работу, С. И. Гессен писал: “Здесь мы имеем лучшее и наиболее исчерпывающее изложение марксизма в мировой литературе вопроса”(4.,С.7).

Если Н. Бердяев, С. Булгаков и позднее Ф. Степун, говоря о марксизме, отмечали прежде всего его нравственную порочность, то П. И. Новгородцев делает акцент на его научной несостоятельности. Вслед за П. Б. Струве он вскрывает явное противоречие между присутствующими в марксовой теории общества элементами научности и его революционной программой. Научный анализ, проведенный К. Марксом, с т. зр. П. И. Новгородцева не играет решающей роли в его системе, он лишь придает ей респектабельность и психологическую убедительность. П. И. Новгородцев приходит к выводу о явной зависимости синтеза К. Маркса “от субъективной веры в близость и неотвратимость революции. Как только перспектива захвата власти отдалялась, марксизм начинал разваливаться на течения, прикрывающиеся цитатами из разных работ К. Маркса. Заменив, логический способ обоснования действительности психологическим, К. Маркс его последователи, по мнению П. И. Новгородцева, из разнородных элементов создали гремучую смесь социализма, для которого характерны абсолютный коллективизм, рационалистический утопизм и экономический материализм.

Внимание ученого к идеям социализма и анархизма было не случайным. Во-первых, это было связано с тем влиянием, какое оказывали эти теории на общественное сознание россиян.

Во-вторых, в них эксплуатировались извечные вопросы и мечты человека – построение совершенного общества.

Для самого П. И. Новгородцева социалистический и анархистский ответы были пагубны для общества, ибо давали ложный ответ и надежду, а главное, уничтожали нравственные основы общества, основы скрепляющие единство народа, задающие духовные силы, а в результате разлагающие государственную целостность.

Говоря об общественном идеале, П.И. Новгородцев замечает невозможность достижения совершенного общественного строя в условиях существования на земле. И обосновывал эту идею путем анализа отношений между личностью и обществом. “Гармония между личностью и обществом, - писал П.И. Новгородцев, - возможна только в умопостигаемой сфере свободы, где абсолютная, всеохватывающая солидарность сочетается с бесконечными индивидуальными различностями. В условиях исторической жизни нет такой гармонии, и ее не может быть” (4.). Это объясняет и факт, в последствии указывает ученый “падения веры в совершенном конституционном государстве”, а также, в последствие и веры в социализм и анархизм, одним словом, “крах идеи рая на земле”. При этом П. И. Новгородцев не отрицает, что достижения современного конституционного государства, так же как и устремления социализма и анархизма, являются относительным благом, но показывает, что они несоизмеримы с идеалом абсолютного блага. Поэтому, если мы хотим избежать безнадежного тупика, то должны создать наш идеал общества на земле, имея в виду “свободу бесконечного развития личности, а не гармонию совершенства”. Таким образом, в обоснование своей точки зрения на общественный идеал, П. И. Новгородцев расходится не только с представителями марксистских, анархистских и ряда демократических кругов. Но и с представителями русской религиозной философии, которые настаивали на возможности достижения совершенного общественного строя в условиях существования на земле / Вл. Соловьев и его последователи с идеей всеединства, Л.Н. Толстого, с его идеей непротивления злу и других.!. В завершении следует отметит, что идя от защиты естественного права к либеральному консерватизму, П. И. Новгородцев в последствии пересматривает свои первоначальные взгляды и на наследие славянофилов и Ф. М. Достоевского. Если в первый период своего творчества он считал и славянофилов и Ф. М. Достоевского правовыми нигилистами, то в последствии приходит к убеждению, что самые глубокие основы и условия построения правового государства (чьим приверженцем он оставался до последней своей минуты) затрагивались именно в их трудах. Не этническое или хозяйственное единение является основой государственного единства, а национальная культура, национальные святыни, идеалы истины, добра и красоты. Путь автономной морали и демократической политики привел к разрушению в человеческой душе вечных связей и вековых святынь. “Вот почему, - пишет П.И. Новгородцев в статье “Восстановление святынь” /1916/, -мы ставим теперь на место автономной морали теономную мораль и на место демократии, народовластия, – агикократию, власть святынь. Не всеисцеляющие нормы спасут нас, а благодатное просветление душ” (4., С. 579.).

Правовое государство высшей своей целью ставит защиту человеческой свободы, но признать это в качестве высшей цели государства люди могут, только глубоко осознав отношение свободы к высшим ценностям жизни, осознав свободу как проводник благодатных сил. Именно христианское понимание свободы составляет глубочайшую основу идеи правового государства.
Таким образом, П.И. Новгородцев в разработке идеалистического подхода в правоведении связывал с потребностью обоснования значимости нравственного начала, доказывая, что общество забывшее духовные основы своего существования неминуемо придет к деградации общественных и государственных отношений. Следовательно, государство должно возложить на себя “благородную миссию общественного служения”... проведение реформ и в первую очередь возрождение духовности в обществе и свободы для человека. То есть тех качеств, которые являются неотъемлемыми свойствами нашего духа и свидетельством его высшего призвания. И эти свидетельства вне историчны, они метафизичны. Важнейшими условиями сохранения духовных ценностей общества могут быть только абсолютные ценности, ценности неподверженные времени. Так П. И. Новгородцев, собственно, приходит к характеристике религиозных ценностей как фундаментальных явлений для целостности общественных отношений.

В 1923 году для сборника “Православие и культура” он пишет статью “Существо русского православного сознания” (5.), которая весьма характерно отразила эволюцию ученого от защиты естественного права, в духе Канта и Гегеля к прямому исповеданию религиозных начал, к умеренному славянофильству и православию (причем в церковной его форме). Религиозный поворот, произошедший с П. И. Новгородцевым, при этом, нельзя назвать внезапным. Он был подготовлен всем предшествующим духовным развитием мыслителя. Убеждение в реальности абсолютного, более достоверной, чем земное существование, составляло основной стержень его эволюции в начале века. И.А. Ильин так писал о религиозной эволюции своего учителя: “В нем всегда жило чувство живой тайны бытия и мистического благоговения перед нею... Павел Иванович не за последние годы стал религиозным человеком, но всегда был им.(8.)

П. И. Новгородцев принял религиозную веру в живой и конкретной форме православия. Религия стала для него абсолютно ценным содержанием жизни.

Глубокая религиозность он при этом сочетал с твердым сознанием мирской нравственной обязанности. П. Б. Струве вспоминал: “Обращение к религии не было для Павла Ивановича только актом умозрительным, теоретически отвлеченным. Оно было как-то глубоко, интимно связано для него с практическим деланием. Недаром Павел Иванович воспринял религию в церковной форме, Т. е. как делание и притом соборное”(7.).

Собственно, уже в 1918 году в статье для сборника “Из глубины” он обосновывает путь религиозного преодоления общественного утопизма.

Действительным идеалом общественной жизни является соборное единство, пронизанное чувством христианской любви. “Взаимная любовь всех во Христе” -в этом П. И. Новгородцев находит подлинную и безусловную цель человеческой жизни. Духовное объединение и человеческая солидарность укрепляются обращением к Абсолюту. Ибо только через путь к Богу человеку открывается путь к ближнему. Внутреннее преображение личности, достигаемое в сознании высшего религиозного начала, есть единственная дорога устроения общественной жизни. Таким образом, тот кризис духа, о котором всегда писал П.И. Новгородцев, представился ему кризисом безрелигиозности. Поэтому последние годы своей жизни он посвящает созданию проекта новой русской и православной по духу общественной философии, что нашло отражение в последних работах мыслителя. В ней он стремится найти пути сближения нормы и идеала. По сути для него почти родственными оказываются поиски идеалов, юридических норм и нравственного здоровья личности, общества. Причем он стремится уйти от жесткого рационализма в правовой сфере, для него разум и чувства не враждебны друг другу. Итак, в своей философии права стал признанным главой школы “возрожденного естественного права” в России Он создал свою оригинальную естественно-правовую философию, в которой сочетаются идеи представителей немецкой классической философии ( субъективная этика Канта и отдельные положения этики Гегеля), что позволило сформулировать положения, впоследствии получившие свое развитие в философии персонализма. Так по П. И. Новгородцеву разумное начало личности является автономным нравственным началом и единственный источник и морального закона, идеи должного, он безусловно достоверен сам себе, независим от исторической необходимости. Однако, эволюционируя от идей естественного права к либеральному консерватизму, анализируя процессы, происходившие в России и в Западной Европе, он приходит к убеждению, что в общественном сознании произошел отрыв от религиозных начал, а как результат - к разрушению государства. Свое убеждение он строил на мысли, что Православие, сохраняя дух

первоначального христианства, через свои принципы веры ( такие как взаимная любовь во Христе и чувство всеобщей и всецелой взаимной ответственности), в состоянии создать предпосылки для возрождения государственности, объединив общество на началах подлинно правовых и нравственно- христианских. Таким образом, П.И. Новгородцев увидел и показал~ огромное значение расширения понимания права за рамки формально - юридических норм.
Примечание:

  1. Ильин И. А. Собрание сочинений в 10 тт. М.: Русская мысль, 1993–2000г.

  2. История философии права СПб. 1998.

  3. Новгородцев П. И. Введение в философию права. Кризис современного правосознания. М., 1996.

  4. Новгородцев П. И. Об общественном идеале М., 1991.

  5. Новгородцев П. И. Сочинения М.,1995.

  6. Новгородцев. П. И. Историческая школа юристов М., 1991.

  7. Полторацкий Н.П. Русская религиозная философия / предисловие к публ. Савкина И. А. // Вопросы философии, 1992. № 2.

  8. Россия и славянство 1929., 27. 04. № 22.

страница 1


скачать

Другие похожие работы: